Не позднее полуночи
— Вот видите, — снова обратился я к стаду. — Я ведь вам говорил, что лучше помолчать.
И мистер Хансен советует вам то же самое, а ведь он юрист, ему виднее…
— Мне надо позвонить, — заявил Хири.
— Телефон все равно занят. И вообще, овчаркой я работаю временно. Вот сменят меня,
тогда можете…
Я прервал свою речь и обернулся назад, чтобы получше разглядеть вновь пришедших —
Фриц впускал двух полицейских в форме. Они направились прямо ко мне, но я указал им на
дверь кабинета, и они развернулись на девяносто градусов. Начиная с этого момента, у нас в
доме начался настоящий парад. Через минуту появились еще двое в форме, потом трое в
собственной одежде, но двоих из них я знал в лицо, а немного погодя прибыл еще один с
небольшой черной сумкой в руках. Стадо мое более или менее угомонилось, и я даже отказался
от мысли перехватить на обратном пути дока Воллмера, чтобы он взглянул на Янгера. Прибыли
еще двое, и когда в одном из них я узнал лейтенанта Роуклиффа, у меня сразу же напряглись
бицепсы. Вот так странно он на меня всегда действует… Он со своим дружком сразу же
прошел в кабинет, но довольно скоро они оттуда вышли и направились прямо в столовую — я
успел вовремя отскочить в сторону, а то они могли бы меня затоптать.
Они вошли, дружок закрыл дверь, а Роуклифф повернулся лицом к моему стаду.
— Вы все останетесь здесь под надзором полиции, пока не поступят другие указания.
Вернон Асса мертв. Меня зовут лейтенант Джордж Роуклифф, и я довожу до вашего сведения,
что беру вас под стражу как свидетелей преступления.
Это было на него похоже. Вернее сказать, это был он в своем репертуаре. Ну кому,
спрашивается, сейчас интересно, что его зовут Джордж, а не, скажем, Майкл? Да и сказал-то он
ерунду. Ведь если он берет их под стражу, это все равно что арест, а в этом случае они могут,
хотя бы из соображений простой осторожности, не отвечать ни на один вопрос, прежде чем им
не дадут возможность связаться со своими адвокатами, а это могло бы на многие часы
затормозить колеса правосудия. Я удивился, что за это не уцепились ни Хансен, ни Хиббард,
но, возможно, они боялись, что это будет выглядеть как подстрекательство по отношению к
остальным, и не хотели нарушать профессиональной этики. Юристы ведь народ очень
деликатный…
Я был снова в аномальном положении. Мне ужасно хотелось открыть дверь и выйти,
чтобы: а) узнать, не нужен ли я Вульфу; б) взглянуть, как там работают ученые люди; и в)
удрать от Роуклиффа, если он чего доброго вообразил, что и я тоже нахожусь под стражей. Но с
другой стороны, субъект, у которого хватило наглости совершить убийство в кабинете Вульфа
и прямо у него под носом, похоже, все еще находится здесь, в столовой, и мне не хотелось
оставлять его на попечении такого остолопа, как Роуклифф. Прислонившись к стене, я все еще
обдумывал свое положение, когда дверь раскрылась, и в комнату вошел инспектор Кремер. Не
дойдя до стола, он остановился и огляделся вокруг.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
|
